Большая маленькая ложь 1,2 сезон смотреть онлайн

За несколько месяцев до школьного благотворительного бала в воздухе уже витало странное напряжение. Оно копилось исподволь, в разговорах на школьном пороге, в многозначительных взглядах на родительских собраниях, в случайно оброненных фразах детей. Пять, казалось бы, совершенно разных семей, чьи дети учились в одном классе, неспешно двигались по сложным, переплетающимся траекториям. Их жизни, такие разные за высокими заборами и фасадами, неумолимо сближались, будто подчиняясь невидимому, но неотвратимому плану.

Семья Морозовых жила в старом, но престижном особняке. Глава семьи, Артем, был успешным, но скрытным адвокатом. Его жена, Алла, с головой ушла в организацию того самого бала, видя в нем не просто благотворительность, а социальный триумф. Их сын, Марк, был тихим и замкнутым мальчиком, который больше всего на свете любил рисовать мрачные, детализированные пейзажи заброшенных мест.

Совсем иной была атмосфера в квартире Ковалевых. Дима, отец, работал водителем, а его жена, Света, продавщицей в цветочном магазине. Они изо всех сил старались, чтобы их дочь, Аня, ни в чем не уступала одноклассникам из более обеспеченных семей. Аня, талантливая и амбициозная, с жадностью впитывала чуждый ей мир роскоши, который наблюдала у других.

Семья Ветровых, новые деньги, только что купившие огромную квартиру в элитном комплексе, демонстрировала свое благополучие напоказ. Сергей Ветров, владелец сети автомоек, и его жена, Инна, стремились втереться в доверие к «старой гвардии», вроде Морозовых. Их сын, Егор, был дерзким и самоуверенным, считавшим, что деньги решают все.

Загадочной казалась семья Лебедевых. Писательница Мария Лебедева воспитывала дочь, Полину, одна. Они жили скромно, но их дом был полон книг и странных артефактов из ее путешествий. Мария держалась особняком, а ее проницательный, изучающий взгляд замечал то, что ускользало от других.

И, наконец, семья Жуковых. Ольга Жукова, вдова, работала школьной уборщицей. Ее сын, Кирилл, был гениальным в математике, но стеснялся своей бедности. Они существовали на самой периферии этого микрокосма, невидимые для большинства, но видевшие, возможно, больше всех.

Их пути пересекались все чаще. Артем Морозов неожиданно начал оказывать юридические услуги Сергею Ветрову по щекотливому вопросу. Алла Морозова, нуждаясь в помощи с оформлением зала, обратилась к Марии Лебедевой, чей художественный вкус все отмечали. Аня Ковалева и Полина Лебедева, несмотря на разницу в характерах, неожиданно подружились, проводя время в тихой квартире Марии. Дима Ковалев как-то подвозил Ольгу Жукову после ее ночной смены, и та в слезах рассказала ему о долгах. А Егор Ветров, желая унизить Кирилла Жукова, случайно наткнулся на его старую тетрадь с сложнейшими вычислениями, смысла которых не понял, но почувствовал в них какую-то угрозу.

Каждая семья хранила свой маленький секрет. Морозовы — старую судебную ошибку, которая могла разрушить репутацию Артема. Ковалевы — источник внезапно появившихся у них денег на платье для Ани. Ветровы — истинную цену своего благополучия. Лебедевы — причину, по которой Мария вернулась в этот город. Жуковы — листок, который Кирилл нашел в кабинете завуча и который мог перевернуть жизнь школы.

Эти секреты, как паутина, опутывали всех. Они передавались шепотом, угадывались по взглядам, всплывали в виде анонимных записок. К ночи бала паутина натянулась до предела. Зал сиял, музыка лилась, дети смеялись, взрослые обменивались любезностями. Но под маской светского вечера клокотали страх, зависть, ненависть и отчаяние.

И когда в полуночный час в кабинете директора, превращенном в импровизированную гардеробную, нашли тело в маскарадном костюме и маске, опознать убитого сразу не смог никто. Лицо было скрыто, на одежде не было опознавательных знаков. Жертва была неизвестна. Но каждый из родителей, стоя в оцепеневшей толпе, с леденящим ужасом понимал одну вещь: сложный механизм из страхов и тайн, который они вместе создавали все эти месяцы, наконец, щелкнул. И щелчок этот был выстрелом. Теперь нить из этой паутины вела к каждому из них.